Две тысячи гектаров в Полтавской: с чего начиналось рисосеяние в Красноармейском районе

Сегодня не все знают, с чего и как начиналось рисосеяние в Красноармейском районе и на Кубани. А было это очень непросто. О становлении рисосеянии в своей новой книге «Родом из СССР» рассказывает краевед из Новомышастовской Алексей Ларкин.

По решению партии

27 ноября 1932 года состоялось объединенное заседание Политбюро ЦК и Президиума ЦК ВКП(б). На нем И.В. Сталин назвал цифру работающих в стране совхозов зернового и животноводческого направления — около 5000. Принципиальным отличием совхоза от колхоза являлась государственная собственность и единоначалие директора. Трактора, комбайны, плуги, культиваторы, сеялки и другая техника в совхозы поставлялись государством.

Совхоз имел на все свой бюджет, фонд заработной платы и другие атрибуты государственной дисциплины. Все до копейки контролировалось государственными трестами.                                                                                                                           

Существовала четкая направленность по специализации совхозов. Они создавались в том случае, когда были необходимы большие капитальные вложения, в частности там, где тре­бовался научный подход или как в случае с Красноармей­ским эфиросовхозом, когда в целях экономии транспортных расходов выращенные эфиросодержащие растения требова­ли на месте выработки эфирных масел для парфюмерной промышленности.

Во второй половине 1929 года, параллельно с коллективизацией, зернотрест «Плавстрой» приступил к разра­ботке проекта мелиорации низовьев реки Кубани. В этом же году «Плавстрой» начал и частичное выполнение плана мелиоратив­ных работ: обвалование р. Протоки и строительство Гривенского шлюза. Раньше впадавший здесь Ангелинский ерик не имел на своем пути четкого русла и заливал все попутные низменности. В районе хутора Чебурголь из-за перелива Протоки столетиями существовал Чебургольский лиман в диаметре 6 км и глубиной до 2 метров. В нем в изобилии водилась самая разнообразная рыба, более ста лет являвшаяся яблоком раздора между гривенскими и джерелиевскими казаками. Впрочем, кроме этого было множество и других лиманов. Переливаясь через многочисленные ерики, они соединялись с Азовским морем.

Обвалование реки Протоки помогло осушить значительные площади плавневых земель, которые отвели в землепользование зерносовхоза «Приазовские плавни», начавшего свою деятель­ность со второй половины 1929 года. Площадь земель составляла 140 тыс. гектаров.

Земли зерносовхоза располагались в трех районах Кубанского округа: Темрюкском, Славянском и Приморско-Ахтарском. В частности, в Полтавской было выделено около 2000 гектаров для этого совхоза. В 1930 году данный земельный участок принадлежал зер­носовхозу № 6. Скорее всего, совхоз «Приазовские плавни» рефор­мировали в зернотрест, а его малые части стали совхозами, как в армейских частях батальоны, под номерами. Кстати, в архивных документах сороковых годов мне попадался зерносовхоз №5.

А в июле-августе 1931 года совхоз №6 дважды заслушивался на заседании бюро Славянского РК ВКП(б).

Ни запчастей, ни кадров…

На июльском заседании отмечено, что в подготовке совхоза к уборочной кампании имеются следующие недочеты: отсутствие запчастей к тракторам и автомашинам, а также недостаток ремонтного материала (металла) и недо­статок квалифицированных ремонтных рабочих, необеспеченность амери­канских комбайнов тягловой силой на 50%, необеспеченность жильем ра­бочих за отсутствием стройматериалов, необеспеченность транспортом для перевозки зерна, неудовлетворительное положение с вербовкой массовой рабсилы, что ставит под угрозу своевременную уборку урожая.

Было решено известить крайком ВКП(б) об отсутствии запчастей, про­сить контрольную комиссию райкома сделать решительное воздействие на уполномоченного зернотреста о своевременном обеспечении запчастями уборочной кампании, а также соответствующие краевые организации о по­мощи тягловой силой в уборочную кампанию, в противном случае неизбе­жен простой 50% американских комбайнов.

Среди первоочередных решений читаем:

«Рудметаллторгу выделить не­обходимое количество металла для производства ремонта, Райотделу труда немедленно выделить минимум 2 токаря и 3 слесаря для обеспечения свое­временного ремонта машин на уборочную кампанию.
Запрос о снабжении рабсилой зерносовхоза № 6 считать вопросом важ­нейшей политкампании, обязав фракцию РКС в суточный срок дать колхо­зам твердое и конкретное задание о выделении ими 500 подвод.
Обязать ячейки ВКП(б) тех станиц, кои будут отведены для вербовки рабсилы, развернуть массовую работу вокруг данного вопроса, мобилизовав колхозный актив, комсомол в помощь вербовщикам Зерносовхоза, а также предложить РК КСМ дать аналогичное указание своим ячейкам на месте.
Предупредить всех секретарей ячеек, руководителей с/с и колхозов — коммунистов, что невыполнение снабжения рабочей силой Зерносовхоза №6 будет рассматриваться как срыв важнейшей политкампании со всеми вытекающими отсюда последствиями.
Обязать райисполком и райколхозсоюз обеспечить необходимое коли­чество амбаров, сараев из колхозов — для жилья рабочих на уборку».

Но уже 4 августа бюро райкома вновь возвращается к проблемам сов­хоза. Причиной стала задержка косовицы в Зерносовхозе №6 на 18 дней, а это грозило потерей урожая, поэтому решили, что дирекция Проточной МТС выделит для Зерносовхоза имеющиеся в резерве 6 тракторов «Кейс» на период косовицы.

Принятое решение говорит о том, что данный совхоз был первым в Сла­вянском районе, и многие вопросы еще не отрегулировали, а все его проблемы краевыми организациями сваливались на райком ВКП(б). Совхозу выделили-таки технику, но работать на ней оказалось некому – специалистов не хватало! Напомню, что в этот период закупалось много техники за рубежом не только для совхозов, но и для МТС.

При этом тут работала такая новинка, как прицепные комбайны «Кейс», больше 6 машин! Далеко не в каждой МТС они имелись.

Первые опыты

Но должен сказать, что о специализации совхоза под возделывание риса даже речь и не велась, хотя издревле на Северном Кавказе рис вы­ращивался в Кизляре и ученые круги Кубани об этом знали. О первом опыте по выращиванию риса на Кубани в газете «Кубанские областные ведомости» от 11 ноября 1909 года сообщил заведующий краевым музе­ем К. Живило: «Проживающий в Темрюке житель города Триполи Феодор Кирьякович Заратос-Оглу в мае 1909 года в карьерах вдоль реки Кубани, образовавшихся от выемки грунта для укрепления дамбы, без предвари­тельной обработки посеял семена риса. Поливку осуществлял до августа. Рост стеблей до 1 аршина высотой. Зерно дало до 40 стеблей, а каждый стебель метелку в виде колоса овса. Четверть десятины дала 40 пудов хо­рошего зерна риса. В музей доставлены стебли с колосом и корнями. После обмолота солома продана по 60 копеек за пуд, причем солома съедается скотом без остатка.

При правильном посеве риса и поливке десятина требует расхода до 150 рублей и даст до 500 пудов зерна, которое на месте ценится 4 рубля пуд. Г. Заратос-Оглу поражается плодородием почвы (ил), мягкостью климата по реке Кубани и обилием болотной береговой полосы, составляющей бесподобные условия для разведения риса. Ничего подобного не видел г-н Заратос-Оглу ни на своей родине, в Триполи, ни во всей Малой Азии. Г. Заратос ищет капитал, компаньона и сам готов работать с части».

Далее Живило делает предложение: «Не мешало бы и Екатеринодару засеять на пробу 2-5 десятин риса. Если этим вопросом заинтересуются станичные общества, то я охотно дам указания, где купить семян и кого пригласить на работу. Культура риса весьма полезна, так как требуется негодная болотная земля».

Уже в 1925 году в Абинском районе, в бывшем имении помещика Вла­димира Попова на правом берегу речки Мокрый Аушед, Кубанский сельско­хозяйственный институт организовал Кубанскую плавневую опытно-мели­оративную станцию. До 1929 года она находилась под ведением Кубанского сельскохозяйственного института, возглавлял ее профессор кафедры част­ного земледелия Василий Семенович Богдан.

Здесь проводились опыты по выращиванию волокнистых растений: ко­нопли, кенафа, кендыря, канатника, хлопка, а также сахарной свеклы и кор­мовых трав. В начале августа 1928 года рабочие станции под руководством инженера-мелиоратора Николаева начали работы по расчистке Комаровского лимана под карту рисового поля. Работы шли всю осень 1928 года и весну 1929-го. Поле площадью в 4 га очистили от сорняков, вспахали и засеяли рисом. Вода для полива подавалась из ерика Мокрый Аушед центробеж­ным насосом с приводом от трактора „Фордзон». Осенью был убран первый урожай риса, который составил почти 77 центнеров с гектара.

Понятно, что такой результат дал основание для выбора главной цели кубанской мелиорации — выращивание риса. Осенью 1929 года станцию пе­редали в подчинение «Плавстроя».

Весной 1930 года рисовое поле было перенесено на новое место, которое располагалось в 3 километрах южнее, на берегу ерика Сухой Аушед, на тер­ритории бывшей усадьбы помещика Коровянского. Площадь нового поля со­ставила 10 га. Для полива посевов на ерике Сухой Аушед устроили дамбу и построили шлюз, через который шел самотечный полив. Таким способом рисо­вое поле получалось поливать только до августа, после чего воду приходилось подавать центробежным насосом. В 1930 году на новом опытном поле посеяли около 40 сортов риса, которые в основном показали хорошие результаты.

К 1931 году на первой усадьбе станции располагались ее контора, хими­ческая и почвенная лаборатории, бухгалтерия, а также квартиры работников администрации и большинства специалистов. На второй усадьбе размещал­ся заместитель директора станции по научной работе Моисей Дмитриевич Гришко, который фактически руководил всей экспериментальной работой по изучению агротехники и биологии риса в условиях Закубанских плавней.

Также на усадьбе размещались метеорологическая станция, опытные посевы и лаборатории отдела сухого земледелия, которые возглавлял агроном Иван Иванович Чуриков, отдел овощеводства, а также работала и проживала группа техников и практикантов. На прилегающих ко 2-й усадьбе полях также размещались опытные посевы сортоучастка Всесоюзного ин­ститута растениеводства, опыты на которых проводил агроном Георгий Михайлович Лиагр.

Первая неудача

Ко всеобщему сожалению, июньский паводок 1931 года прорвал обва­лование р. Кубани и вода затопила все опытные участки станции. От рисо­вых посевов не осталось и следа, серьезно пострадало и имущество станции. Работавших на станции пришлось сократить. Повторный декабрьский паво­док окончательно решил судьбу станции. В конце месяца сюда прибыл на­чальник строительства „Плавстроя» Д. П. Жлоба, который, ознакомившись с состоянием дел, принял решение станцию закрыть. А на ее земле создать подсобное хозяйство „Плавстроя» для обеспечения продовольствием ее мно­гочисленных работников.

Одновременно создали Приазовскую опытно-мелиоративную станцию на территории Центрального плавневого массива, у головного сооружения канала «Демин-Ерик» на левом берегу р. Протоки, в 12 км от станицы Гривенской Славянского района. Общая площадь участка была равна 1518,37 га, из них в 1934 году освоено около 500 га. Рис там стал культивироваться в 1930 году по ходу строительства на площади 5 гектаров.

Было засеяно 19 опытными сортами риса (14 дальневосточных сорта и 5 среднеазиатских) в воду. Несмотря на ненормальный водный режим, уро­жайность риса для некоторых сортов оказалась довольно высокой: для сор­тов дальневосточного Орумсеги — 39,3 ц/га и Ольбе — 33 ц/га, для средне­азиатского Арпа-Шалы — 26,2 ц/га и Дунган-Шалы — 24,9 ц/га. Также были проведены опыты по изучению зависимости сроков посева и полива риса от паводка р. Протоки, в котором участвовало 16 сортов риса. И снова рис сорта Орумсеги показал высокую урожайность в 50,8 ц/га.

Строительство рисовой системы станции шло медленно, в основном с применением ручного труда. Из инструментария — лопаты, ручные те­лежки, конные грабарки (телеги с откидывающимся вниз дном), и только в 1931 году площадь посева риса составляла 50 га. Сохранилась редкая фо­тография панорамы строительства этого участка и первых рисовых систем.

Набирая обороты

На 1 июля 1934 года живой инвентарь состоял из 27 рабочих лошадей, 25 голов молодняка и 4 пар рабочих волов, общей стоимостью 16100 руб. Тракторный парк укомплектован 4 тракторами марки СТЗ 15/30 НР и двумя гусеничными марки Катерпиллер 20/25 НР. Стоимость его 15952 руб. При­цепным конным и тракторным инвентарем опытный пункт был обеспечен полностью для проведения научно-исследовательских и хозяйственных работ.

Из специального оборудования имелись три двигателя внутреннего сгорания (суммарная мощность 30 НР), пять центробежных насосов от 4 до 8 дюймов. Стоимость с.-х. инвентаря равна 40898 руб.

Исследовательская работа по изучению почв, оросительных и сброс­ных вод, свойств наносов реки Протоки и так далее проводилась агропочвенной лабораторией, стоимость оборудования которой превышала 25000 руб., а состав его вполне обеспечивал основные запросы исследований опытного пункта. В 1933 году было произведено доукомплектование лабораторного имущества целым рядом электроприборов.

Также имелась своя библиотека с более 2000 книг по вопросам сель­ского хозяйства и мелиорации. Она ежегодно пополнялась вновь выходящей технической и сельскохозяйственной литературой. Из иностранной литера­туры пункт получал основные рисовые журналы, а также бюллетени Аме­риканских рисовых опытных станций.

С 1932 года здесь существовала метеорологическая станция, которая, кро­ме измерения метеоосадков, занималась дополнительными наблюдениями температуры почвы на различных глубинах, испарения с водной поверхно­сти и за формами и движением облаков.

В 1932 году, по инициативе научных сотрудников пункта, на его тер­ритории Всесоюзным институтом растениеводства открыли сортоучасток 1-го порядка. В программу работ сортоучастка были включены колосовые, пропашные зерновые, технические масличные, силосные, лубяные и много­летние травы, всего 15 культур, представленных 83 сортами. В 1933 году количество культур было увеличено до 24 при 119 сортах, а в 1934 году их количество возрастет до 32 при 187 сортах.

В составе научных сотрудников и технического персонала станции было семь специалистов с высшим образованием, пять техников со сред­ним специальным образованием и пять техников-практиков. Недостаток ощущался в среднем техническом персонале, который пункт стремился вос­полнить путем переподготовки младшего техперсонала. С 1934 года начаты работы по селекции.

Также в 1931 году создан Черкесский рисовый опытный пункт. Располагался он на территории Черкесского рисосовхоза, организованного в 1931 году и занимающего южную часть Ангелино-Чебургольского массива между р. Ку­банью и станицей Полтавской. В этом году была организована метеоологическая станция. В настоящее время здесь расположен поселок Рисоопытный и семе­новодческое хозяйство Красное.

Мозговой центр

Но кульминацией всех научных шагов в области рисосеяния стал, ко­нечно, Всесоюзный научно-исследовательский институт рисового хозяйства — ВНИИРХ. Он был создан в 1931 году по инициативе Н.И. Вавилова. В наши дни в этом здании в Краснодаре, по улице Дружбы, находится институт физкультуры. Именно здесь в 1932 году Г.Г. Гущин и Т.И. Дубов начали широкомасштаб­ную селекционную работу с рисом. Они взяли в изучение 1509 коллекци­онных образцов, собранных Н.И. Вавиловым. Перед селекционерами в те годы стояла задача создать продуктивные, скороспелые сорта, обладающие устойчивостью к пирикуляриозу.

Первым на Кубани производственным сортом риса стал Кендзо, соз­данный массовым отбором из популяции, завезенной с Дальнего Востока. Он выращивался более 20 лет, став родоначальником еще 20 сортов.

Думаю, вам небезынтересно будет узнать, что стебель этого риса до­стигал полутора метров и имел свойство к полеганию, особенно в условиях богатого агрофона.

Понятно, что институт вскоре попал в поле зрения прессы. Одним из первых репортажей о ВНИИРХе стала статья в газете «Красное знамя» от 29 октября 1932 года, где отмечено, что «молодое научно-исследователь­ское заведение встречает грядущую 15-ю годовщину Октября рядом дости­жений в изучении рисовой культуры, условий рисосеяния и рисового хозяй­ства. Так, сектор культуры риса имеет научные работы товарища Кириченко по изучению болотного процесса на рисовых полях, работы товарища Вазингер-Аленторовой — по изучению сорной растительности на рисовых полях Северного Кавказа и Средней Азии. Обе эти работы готовятся к печати.

Сектор мелиорации и эксплуатации обогатился работой инженера Стрекозова по методике и изучению гидромодуля новой системы. Эта рабо­та подготавливается так же к печати. Профессором Витте разработан новый тип рисовой системы, устраняющий недостатки существующей до сих пор системы рисосеяния».

Большие достижения имелись и в других секторах института. Но че­рез три месяца тон газеты заметно меняется и, в унисон с начавшейся чист­кой партийных рядов, в номере газеты от 24 января 1933 года печатается критический материал о Всесоюзном институте риса!

Приведу отдельные выдержки: «Почти год существует ВНИИРХ. Он обрастает кадром научных работников. Сейчас уже имеется 29 науч­ных работников, 27 человек научно-технического персонала (агрономы, инженеры).

С другой стороны, в институте налицо грубейшее искривление в орга­низации структуры самого института. Так, например, тут „додумались» до организации на кадр научных и научно-технических работников в 56 человек аппарата административного и обслуживающего персонала 78 человек (1,4 человека на одного научного работника!). В этом отношении ВНИИРХ не избежал участи многих советских учреждений, раздувших свои штаты, расплодивших волокиту, бюрократизм. Вот почему нам думается, что льви­ная доля 689000 рублей, израсходованных в 1932 году, пущена на ветер без пользы для государства, и РКИ должна будет помочь ВНИИРХ освободить­ся от лишней тяжести — нескольких десятков бесполезных работников, чу­жаков и прихлебателей в аппарате. Это тем более необходимо потому, что смета на 1933 год имеет поползновение раздуться до разме­ров, превышающих миллион рублей.

Плодороднейшие земли Кубани должны умножить пи­щевой баланс страны не только лучшими сортами пшени­цы, но и рисом».

В этой статье четко просматривается большевистский девиз: «Бери больше, кидай дальше и с меньшими издерж­ками» и без учета спецификации научно-исследовательского учреждения. И, как говорится, дыма без огня не бывает. ВНИИРХ 16 августа 1934 года был реорганизован во Всесо­юзную центральную станцию рисового хозяйства. Поста­новлением Совета народных комиссаров СССР от 1 февра­ля 1935 года Всесоюзная центральная станция рисового хо­зяйства была переименована в Опытную рисовую станцию Наркомзема СССР.

В 1937 году Опытная рисовая станция получила на­звание Всесоюзной рисовой опытной станции, находясь в ведении Главного управления сельскохозяйственной про­паганды Министерства сельского хозяйства СССР.

На земле Красноармейского района

В 1956 году Всесоюзная рисовая опытная станция  реорганизована в Кубанскую рисовую опытную станцию Министерства сельского хозяйства РСФСР. Местонахождение станции тоже менялось. До 1961 года она разме­щалась в городе Краснодаре. Затем, в целях приближения научной работы к производству, весной 1961 года осуществлено перебазирование станции из г. Краснодара в поселок Рисоопытный Красноармейского района.

А 20 сентября 1966 года Кубанскую рисовую опыт­ную станцию передали ВАСХНИЛ и на ее базе органи­зовали Всесоюзный научно-исследовательский институт риса (ВНИИ риса). За все время деятельности станцииипри всех ее названиях она являлась Всесоюзным научно-исследовательским учреждением и методическим центром по вопросам исследовательской работы с культурой риса. Станция разрабатывала проблемы советского рисосеяния в области агротехники, экономики и организации рисово­го хозяйства, а также вопросы механизации, мелиорации и технологии.

Во второй половине 1930 года «Плавстрой» приступа­ет к строительству рисового совхоза. Этому предшествова­ла работа присланной из Ростова изыскательской партии, состоящей в основном из специалистов Северокавказской краевой опытно-мелиоративной станции, в задачи которой входили геоде­зические работы, отбор почвенных проб на предмет химического состава и водопроницаемости почвы.

Работать экспедиции, а она была не одна, приходилось в экстремальных условиях — кругом непролазные топи и вековые камыши.

В начале строительство шло, как и на Демином ерике, практически вручную. Эти системы находились в районе нынешней центральной усадь­бы рисосовхоза «Красноармейский» и хуторов Тиховского и Зеленского. В тени деревьев на Дубинке было организовано изготовление конных граба­рок (телеги, где дно при помощи специального клапана открывалось двумя половинками вниз — и земля высыпалась на вал).

Здесь же были установлены простейшие столярные станки по роспу­ску кругляка на доски и брусы. Здесь же изготавливались оси колес и сами колеса.

Вскоре появляется и первая техника. По нашим временам она выгляде­ла довольно примитивно, но заменяла труд сотни работников.

Как правило, строители кочевали с одной стройки на другую, многие жили по станицам и хуторам. В 1929 году в районе ст. Ивановской обосновалась кубанская передвижная механизированная колонна «Плавстроя», которая позднее выросла в пос. Водный. Первые поселенцы жили в землянках и бараках, на строительстве системы работали вручную, добиваясь высокой выработки. В 1938 году „Плавстрой» был реорганизован в трест „Кубрисострой» и стал заниматься только строительством рисовых систем.

В состав треста входи­ли два механизированных участка общей численностью 700 человек, которые были заняты на сооружении рисовых систем для колхозов станиц Ивановской и Старонижестеблиевской, рисосовхоза „Крас­ноармейский», колхоза имени Мичурина и рисосовхоза „Черкесский». К 1939 году ручной труд на строительных участках значительно сократился. Каждое прорабство имело по 60-65 тракторов с земле­ройным прицепным инвентарем. Преоб­разился и хозяйственный центр „Кубрисостроя» — поселок Водный. Здесь были построены ремонтные мастерские, автога­раж, вырос целый городок жилых домов. В 1938 году поселок был электрифициро­ван и радиофицирован, были построены клуб на 250 мест, стадион с футбольным и волейбольным полями, работала кино­передвижка. В 1940 году были построены баня, магазин и столовая.

Понятно, что генерирующим механиз­мом этой большой стройки являлся чело­век-легенда, бывший командир стальной дивизии  Дмитрий Жлоба, обладатель двух орденов Красного Знамени, сразу же привлекший внимание прессы.

При подготовке статьи использованы источники:

Решмет Д.А. В поисках колыбели кубанского рисосеяния. – Вестник Краснодарского регионального отделения Русского географического общества, Сборник стате,. Краснодар, 2020 г., стр. 440-447;
Труды Приазовского опытного пункта, Ростов-на-Дону – Краснодар, стр.48.;
Газета «Красное Знамя» от 24 января 1933 г.;
Материалы Славянского историко-краеведческого музея, фонд 6, опись 17, дело 3.

🕰 Интересует история района? Подписывайтесь на канал «Встанице» в Telegram — каждый день новые материалы, снимки и редкие свидетельства прошлого: https://t.me/+rzyRY5NPJo43MDRi

Открыть архив файлов