Святые женщины

Они не совершали подвигов, о которых писали газеты, не носили высоких званий и наград. Днем работали в поле, вечером спешили домой — к детям, хозяйству, коровам. Но именно этих простых женщин из колхоза имени Кирова автор спустя шестьдесят лет вспоминает с особой благодарностью, называя их святыми.

Первые борозды и женские голоса

Много лет назад, в далеком 1964 году, мы, 13-летние пацаны, решили поработать в колхозе. Ранним утром с тяпками пришли на сборный пункт. Бригадир Кузьма Денисович Кузьменков оценивающе посмотрел на нас. Я испугался, что меня не возьмут, так как был самым маленьким из всех. Но мудрый бригадир скомандовал: «Вот машина, в кузове уже сидят женщины и учетчик, поедете полоть кукурузу».

Только машина тронулась, женщины запели:

«Ой, цветет калина в поле у ручья.

Парня молодого полюбила я».

Песни женщин нас вдохновили и приободрили. На краю кукурузного поля учетчик дал нам задание: «Берите по два рядка и пропалывайте сорняки отсюда и до обеда, шучу, конечно, до другого края поля, а потом обратно». Рядом работали женщины. Они всё делали гораздо лучше нас, как-то сноровистее, быстрее. И сразу же вырвались вперед. Надо было исправляться. Но не тут-то было: нежные стебельки моментально падали, как подкошенные, после легкого прикосновения тяпки. Но делать нечего, надо учиться полоть быстро и аккуратно. К обеду мы уже наловчились и не так сильно отставали от женщин.

Перерыв был в самый солнцепек: с 12 до 2-х часов. Мы спрятались в лесополосе. Женщины подошли к нам, похвалили за хорошую работу. Они были одеты в простые ситцевые платья, на головах косынки. К нам относились по-матерински, как к своим детям, опекали нас.

Вечером приехала машина, женщины снова пели:

«Несе Галя воду, коромисло гнется.

А за ней Иванко, як барвинок вьется».

Вперемежку русские и украинские слова. Пели опять легко, как будто не было трудового дня, как будто с раннего утра они не были на ногах, не ухаживали за птицей, не кормили, поили, а потом доили свою кормилицу-коровку. Как будто не готовили завтрак для всей семьи. Казалось, они едут с отдыха: настолько сильными были их голоса, настолько душевно они пели.

Урок на всю жизнь

Дней через 10 началась уборка ячменя, а потом пшеницы. Женщины говорили: «Уборка хлеба». Работали мы на току, в бригаде. Открывали задний борт машины, пшеница сыпалась на утрамбованную землю, и потом большими деревянными лопатами, похожими на те, что убирают снег, выгружали зерно. Женщины тоже работали на току.

В обед нас кормили необыкновенно вкусным кубанским борщом, на второе — две котлеты с рисом или картошкой (слово «пюре» мы тогда не знали). И вот во время обеда подходит к большому длинному столу конюх с соответствующей фамилией МАТюхин и как бы сам себе довольно громко говорит: «Мне бы закурить, покурить. А он мне надо навоз грузить», и далее — Христа Бога, мать-перемать.

Наши женщины почти все вскочили, как ужаленные, и к конюху: «Ты что такой сякой, тут же дети, как ты можешь так безобразно «лаяться»? Опешивший сквернослов сначала удивленно посмотрел на женщин, на то, как они агрессивно шли на него, развернулся и быстро засеменил в свою конюшню.

Это был неоценимый урок на всю жизнь. Через много лет, рассматривая материалы о мелком хулиганстве, я всегда давал 15 суток административного ареста, если виновный выражался нецензурной бранью в присутствии женщин или детей. И второе: эти женщины не смогли учиться, война помешала, закончили по 4-5 классов, лекции о правилах хорошего тона и великосветских манерах им не читали. Но почему же они проявляли высочайшее уважение, культуру в общении с подростками и не допускали, чтобы другие сквернословили? Эту загадку трудно разгадать. Особенно в наши дни. Некоторые хвалятся высшим образованием, а «лаются» хуже конюха Матюхина, прекрасно понимая, что вокруг много народа, в том числе женщины и дети.

Добро, которое не забывается

Всю жизнь с необыкновенной теплотой вспоминаю, как эти женщины на общем собрании (а это был высший орган власти в колхозе) выделили деньги для приобретения одежды детям, как сейчас говорят, из малообеспеченных семей. Что поделаешь, безотцовщина, трудное время, у меня с сестрой не было даже нормального пальто, я ходил в перешитом из старой солдатской шинели неказистом пальтишке. И вот в четвертом классе я с сестрой и учителем пошли в только что построенный универмаг, и нам выбрали обновку: новые пальто.

Как можно отблагодарить этих святых женщин? Через много лет, когда я уже был дипломированным юристом и приезжал в отпуск в станицу (а я ездил каждый год только в станицу — к маме, друзьям), многие женщины приходили на консультации. А вопросов у них было много, особенно в проклятые девяностые, когда разграбили наш колхоз, не платили обесцененную пенсию. Я по мере сил помогал им, писал всевозможные бумаги в различные инстанции, проводил дела в суде. Потом помогал их детям, а сейчас и внукам. Эта малая толика моей благодарности.

Бесценный подарок

Но особенно мы, пацаны, благодарны нашим дорогим женщинам и всем колхозникам колхоза им. Кирова станицы Красноармейской за прекрасный Дворец спорта, который они нам построили. Мы пропадали в нем целыми днями, ходили почти на все тренировки. Сколько мальчишек он спас от тюрьмы, сколько вывел в люди — и не сосчитать. А сколько тружеников приходило на строительство Дворца!

Это были субботники. Есть фото с субботника, вглядитесь в эти прекрасные, добрые лица, оцените их одежду. В начале 60-х жили они небогато, но находили возможным отдавать свое честно заработанное на благо детей. Они делились с нами последним.

От тяпки до комбайна

На следующий год мы точно так же пололи кукурузу до уборки пшеницы. И вот однажды рядом, на соседнем поле, увидели трактор «Беларусь» с культиватором. Наш звеньевой подошел к трактористу: «Дядь, а, может, и наше поле прокультивируешь?». Тот быстро согласился. Трактор резво покатил между рядками, рыхля землю и срезая сорняки. За несколько минут наше дневное задание было выполнено. Мы для порядка прошли по рядкам, срывая оставшиеся рядом со стеблями редкие сорняки. Потом пошли в лесополосу, отдыхали до вечера. Через год тракторов в бригаде было уже много, и нас направляли полоть только кабачки, огурцы, помидоры — культуры, где техника не могла работать. И на уборке пшеницы ручной труд не понадобился. Был построен мехток, машины заезжали на подъёмник, и пшеница сыпалась с кузова.

А потом нас направляли на уборку кукурузы на силос: мы трамбовали скошенную, измельченную кукурузу в кузове, а затем отвозили на фермы и закладывали в огромные ямы. Зимой силос был лучшим кормом для коров.

На уборке пшеницы мы работали помощниками комбайнеров (штурвальными). Вот ответственная работа: ранним утром надо «прошприцевать» — смазать весь комбайн, а потом следить, чтобы шнек не забился, поднимать флажок для выгрузки пшеницы из бункера, следить, чтобы копнитель вовремя открывался. Сообщать комбайнеру о поломках, которые случались на старом комбайне СК-4 довольно часто. Только в начале 70-х появились в колхозе новые «Нивы» и «Колосы». Приходилось бегать вокруг комбайна, как заведенным. Но зато нет ничего более захватывающего, чем смотреть, как пшеница из бункера золотым потоком льется в кузов машины.

Во время уборки работали от зари до зари, естественно, без выходных. И вот наступал конец уборки — День Урожая. Это был настоящий праздник: с утра все принаряженные, веселые и радостные собирались в бригаде. Нам выдавали зарплату, Кузьма Денисович произносил душевную речь, благодарил за хороший труд. Накрывали в саду столы, и начиналось пиршество.

Первая зарплата и «паритет цен»

За три-четыре года работа в бригаде преобразилась, появилось много техники, ручной труд оставался только на узких участках, где нельзя было применить технику. Зарплаты у колхозников росли, и у нас, мальчишек, тоже. Помню, как принес маме первую зарплату — 7 рублей. За первые 10 дней я заработал больше, но высчитали за обеды. И тут же во двор заехал самосвал: шофер привез песок. Моя мама, к моему неизгладимому удивлению, за кучу песка и еще за машину гравия, которую водитель привез ранее, отдала весь мой заработок. Я, конечно, расстроился. Но мама меня успокоила: «Сынок, надо достраивать дом, и твои деньги нам очень помогли».

Тогда мы не задумывались, почему так быстро росли урожаи, привесы и надои на фермах. Почему улучшается жизнь колхозников. Они стали покупать холодильники, мебель, мотоциклы, телевизоры. Строили не саманные хатки, а просторные дома из кирпича. Мы воспринимали это как должное. Почему так стремительно улучшается жизнь рядовых колхозников, я узнал немного позже.

Будучи студентом юридического факультета Кубанского государственного университета, я изучал колхозное право и знакомился с решениями мартовского (1965 г.) пленума ЦК КПСС по сельскому хозяйству. Эти решения звучат очень актуально и сейчас. Был снижен план обязательных закупок зерна, объявленный неизменным на 10 лет; повышены закупочные цены (кроме того, сверхплановые закупки должны были производиться по повышенным ценам, в полтора раза дороже). Закупочные цены на новую технику (комбайны, трактора, сеялки, культиваторы и т. д.), а также на солярку, бензин — понижены. Как сейчас помню: килограмм зерна стоил 7 коп., столько же — 7 коп. — стоил литр солярки. Это называлось паритет цен. Сравните нынешнюю цену на то и другое.

Была списана половина долгов колхозов, а затем списаны почти все долги. Были увеличены капиталовложения. Произошло перераспределение национального дохода в пользу сельского хозяйства. Начали предприниматься меры по решению социальных проблем села. В колхозе, помимо Дворца спорта, был построен великолепный Дворец культуры им. 50-летия Октября («полтинник», как говорили в народе) с вращающейся сценой. В большом количестве начали строить дома для специалистов, тем самым привлекая их на работу в колхоз. Колхозников освободили от всех налогов, оставили так называемое самообложение — несколько рублей в год.

Дошло до того, что в середине 80-х годов моя мама, работавшая на ферме, в летний период, когда привесы группы телят из 40 голов достигали одной тонны, получала зарплату больше, чем у меня — председателя городского народного суда.

Люди, которых нельзя забывать

Ну и в заключение, хочу назвать тех, кого помню, тех славных тружеников, кто работал в колхозе им. Кирова. А это были целые династии: Александровы, Белкины, Бутылюки, Вановские, Гаевы, Гончаровы, Жилины, Зубковы, Иваненко, Колосовы, Короткие, Кравченко, Кузьменковы, Кулешовы, Лапшуковы, Мальцевы, Приходько, Рогуёвы, Чутовы, Шишацкие.

Открыть архив файлов