Туннель длиною в жизнь: история строительства самого сложного участка БАМа глазами полтавчанки.

Недавно в Полтавскую пришла бандероль из Питера. Ее получатель Елена Анатольевна Притуляк очень обрадовалась содержимому: письму и книжке стихов бамовца Юрия Бурова. «Вот ведь неугомонный», — подумала женщина, а прочитав письмо, еще и погордилась тому, что законодательная власть Краснодарского края премного уважила кубанских строителей БАМа: сначала одним, а потом и вторым изданием книги о мужественных романтиках и героях труда. «Респект всем, кто сохраняет нашу славную историю…» — написал легендарный Юрий Буров.

Товарищ Буров

Чем же Юрий Буров отличился? — спрашиваю Елену Анатольевну, прежде чем адресовать вопросы уже ей.

— Он много лет работал проходчиком на строительстве Севоромуйского тоннеля. Как бард написал десятки хороших песен и спел их даже там, где стояли еще только палатки. Когда на БАМе у него родилась вторая девочка, он, шутник такой, купил дипломат и приклеил к нему трафаретку «Дамский мастер». Так и вышло: всего у Юрия пять дочерей. Вот с такими людьми я и мой муж Саша дружили!

Холодный БАМ

Притуляки не водили пальцем по карте. Сразу приехали в поселок, который будто прирос к южной стороне крутых гор Северо-Муйского хребта. Здесь жили и работали туннельщики, решающие самую сложную задачу Байкало-Амурской магистрали — обустройство туннеля протяженностью (внимание!) 15,3 километра.

Первым и самым ярким впечатлением стал медленно выходящий из ночи денек, показавший на столбике термометра 55 градусов мороза. Каждый выдох превращался в феерию мельчайших ледяных кристаллов. Получив комнатку в бараке, Притуляки озаботились тем, чтобы отогревать наледь на стеклах окна. Чем ее больше намораживалось, тем меньше становилось шансов согреть жилье. А жить в холоде — не вариант: на великую стройку приехали не одни, а с крошкой дочкой.

Логично, что Елена пошла работать нянечкой в детский сад.

Опасное подземелье

Муж Александр стал проходчиком, чтобы продолжать бороться с горой. Пишем «продолжать», имея в виду историю прохождения 15-километрового пути стройки, растянувшейся на 27 лет. Почему так долго? Потому что Северо-Муйский хребет оказался могуч не только с высоты птичьего полета, точно таким, но уже в смысле крепости и коварства, он был и внутри. Этот каменный великан лежал на стыке тектонических плит, соответственно, гранитная твердь могла вдруг оборваться, и вот уже обвал, песок вперемежку с камнями, сбивающие с ног потоки воды. Был и неразличимый враг — без цвета, запаха, и вкуса — высокотоксичный газ радон. Неслучайно даже привлеченные к горнопроходческим работам карагандинские шахтеры говорили, что пробить эту стену все равно, что замахнуться на демона.

Александр Притуляк был проходчиком, скажем так, второго эшелона. Он вывозил вагонетками уже разрушенную взрывными зарядами породу, но это не умаляло производственных рисков. Где из горы рванет ее сумасшедшая сила — одному Богу известно. Елена, всякий раз провожая мужа на смену, произносила дежурную, как казалось, но на самом деле очень правдивую фразу: «Береги себя!»

Жили — не тужили

В 1984 году семья пополнилась сыночком Егоркой, что и стало поводом собраться дружной компанией, попить и попеть под гитару.

И это не обязательно должен был быть именно Юрий Буров. В конце семидесятых в поселке насчитывалось больше десяти строителей, претендовавших на звание барда. Вспоминая прошлое, Елена Анатольевна уверена: на то время Северомуйск рекордно густо был населен талантливыми людьми. В туннельщиках ходил даже художник из Ленинграда по имени Константин (фамилия забылась!), который приложил руку к местному кафе. Все его стены были украшены резьбой по дереву и картинами. В Доме быта работали два мастера по пошиву шапок (в ходу были писец и норка), а в швейном и вязальном цехах трудились мастерицы, создававшие эксклюзивную одежду. Между белорусами, украинцами и грузинами разгорелась конкуренция: каждая сторона шила и вязала, ориентируясь на свои национальные традиции. В результате большие праздники поселковцы встречали нарядно убранными в одежду союзных республик. Естественно, что и российские модные течения были в тренде.

Вожак

На БАМ Елена Анатольевна поехала, имея специальность парикмахера. Какое-то время она поработала нянечкой, но потом северомуйцы узнали, кто есть кто, и вернули ее трудовую биографию в прежнее русло. Была она и женским мастером, и в мужском зале поработала. Кстати сказать, стихия стройки не умаляла настроения выглядеть хорошо. Женщины делали сногсшибательные прически, да и мужчины стриглись не лишь бы как: кто-то заказывал «бокс», а кто-то хотел, чтобы на голове была «аля-шевелюра».

Популярность парикмахера Притуляк обернулась тем, что ее избрали секретарем комсомольской организации Дома быта, куда входила и автобаза. На правах вожака молодежи, она побывала во всех производственных подразделениях, читала лекции, черпая информацию из «Комсомольской правды». А однажды ее «по блату» пустили в святая святых — в тоннель. В его глубь уводили рельсы.

— Чем дольше я была в дороге, тем сильнее стучалось сердце, — вспоминает Елена Анатольевна. — Казалось, это путь в преисподнюю. Я забыла все, что хотела сказать проходчикам. Помню только нахмуренные брови мужа и недвусмысленный взгляд: «Зачем ты здесь?»

«Со мной ничего не случится…»

Незадолго после этого в туннеле случился обвал. Под камнепад угодили шесть рабочих. Спасателям стоило огромного труда откопать попавших в западню. Как это ни удивительно — два проходчика оказались живы. Каждый из них рассказывал о мистическом: придавленный камнями, он нащупывал металлическую дверь, но открыть ее так и не смог. Мистика состояла в том, что погребенные туннельщики находились в разных местах, но в деталях рассказывали об одном и том же — про запертую дверь.

Для кого-то это был бы тяжелый стресс, однако выжившие проходчики, подлечившись, вернулись в бригаду. Вот и Александр Притуляк взял на смех страхи жены: «Я заговоренный. Со мной ничего не случится…»

…Погиб проходчик не в туннеле с его тектоническими разломами. Он вызвался помочь перегнать машину товарищу, и на «серпантине» они слетели с дороги…

Есть такое звание – председатель ТОС

В поселке проходчиков Елена Притуляк уже вдовой прожила четыре года. Потом пришли разрушительные для страны и трудные для ее простых граждан 90-е, и она переехала жить на Кубань, в станицу Полтавскую, куда ее позвали поселившиеся здесь северомуйцы. Соблазнительно было пожить на юге, да еще под боком у двух морей.

В Полтавской она оказалась востребованной как парикмахер, а спустя какое-то время в ней разглядели человека, способного быть организатором и представителем от народа — то есть председателем ТОС. В этом звании она и теперь…

Открыть архив файлов