«Дорога отчаяния»: как черноморцы гнали армию Наполеона от Лейпцига до Рейна

В пятой части документального цикла о заграничном походе черноморцев мы пройдем по «дороге отчаяния» вместе с сотником Григорием Табанцем. Нас ждут штурмы Гохгейма, взятие Франкфурта и выход к Рейну. Впереди — непривычные глазам кубанцев ущелья Эйзенаха и картины полного краха французских войск. Это история о тактическом мастерстве казачьих летучих отрядов, о захвате тысяч пленных и о том, как европейские пейзажи навсегда врезались в память воинов, привыкших к бескрайним кубанским степям. Первую, вторую, третью и четвертую части читайте на нашем сайте.

Часть 5. Дорога от Лейпцига до Рейна

Сквозь Тюрингию. Веймар, Эрфурт, Эйзенах

После Лейпцигского сражения черноморские казаки включились в преследование отступающей к Рейну французской армии. Согласно формулярным спискам, они практически не выходили из непрерывных боев, действуя на коммуникациях противника.

Боевой путь Григория Табанца и других черноморцев зафиксирован в их документах: 8 октября — под Экартсбергом; 10-го — при оттеснении неприятеля от Веймара и занятии города; 13-го — у деревни Кальрот; 15-го — у селения Рамсдорф; 19-го — под Зальмюнстером; 20-го — у города Ганау; 21-го — при взятии Франкфурта-на-Майне; 22-го — между Викертом и Гохгеймом; 23-го — у деревни Массингейм с преследованием до крепости Кастель на Рейне.

Уже с 7 октября корпус Платова начал преследование неприятеля от Лейпцига по дороге к Веймару. Три дня спустя под городом развернулось ожесточенное сражение с кавалерией французского генерала Лефевра. Генерал Тилеман подоспел к Платову на помощь, французы были опрокинуты и отброшены от Веймара.

Тем временем сам Наполеон, бросая орудия и взрывая зарядные ящики, пробивался к Эрфурту. Он не стал задерживаться в городе, оставив для его обороны сильный гарнизон, и устремился дальше, через Эйзенах к Рейну.

Многочисленные австрийские, русские и прусские летучие отряды, составляя авангард союзных сил, днем и ночью тревожили отступающую армию.

12 октября платовцы взяли Эрфурт. Преследуя неприятеля уже за городом по дороге к Готе и Эйзенаху, к корпусу присоединились два баварских батальона, ранее сражавшиеся на стороне французов, которых Платов отправил в армию графа Вреде.

Путь отряда пролегал через живописные, но суровые места. Город Эйзенах раскинулся в глубокой долине, почти в ущелье, с огромной горой Вартбург, увенчанной старинным замком. Для черноморских казаков, привыкших к бескрайним кубанским степям, эти пейзажи были в новинку: скалы, поросшие пожелтевшими осенними лесами, глубокие овраги и каменистые кручи.

Сам город поражал своим древним обликом.

Вокруг центральной площади стояли большие дома старинной архитектуры, а ее главным украшением была высокая кирха с колоннами. За

площадью городской пейзаж менялся: начинались более простые, в основном деревянные постройки. Для наших казаков эти европейские виды были непривычны и надолго оставались в памяти.

Дорога отчаяния и воля к победе

Достигнув 15 октября Бернбаха, корпус Платова немедленно перешел в наступление. Его стремительная и неожиданная атака у Рамсдорфа обратила неприятельскую колонну в беспорядочное бегство.

Ландшафт здесь был иным, чем прежде — невысокие горы, мощеные дороги. Стояла золотая осень, лишь на темных вершинах Тюрингенских гор уже лежал снег. Казакам, привыкшим к теплу родных степей, этот пронизывающий ветер казался особенно холодным, они шутя называли его «русским».

16 октября, преследуя отступающего неприятеля по дороге к Фульде, генерал граф Платов захватил в плен до ста французов. На следующий день его отряд разгромил вражеский арьергард у селения Пильгерцеле на реке Фульде. В жаркой схватке было взято в плен 50 человек, отбито 2 орудия и 3 зарядных фуры, после чего отряд прибыл в Гультен.

Окрестности Фульды завораживали своим мрачноватым величием. На склонах гор среди темных скал виднелись полуразрушенные стены и башни древних замков, то вздымающиеся к небу, то теряющиеся в глубине ущелий. Быстрая река Фульда стремительно несла свои пенящиеся воды между крутых берегов, разбивалась о камни и лишь на равнине успокаивалась, разливаясь по долине.

Въезд в город был великолепен, вдоль большой дороги тянулась аллея, справа между городскими строениями величественно возвышался большой католический собор, а слева на горе стоял княжеский дворец — наследие бывшего епископства. Однако внутри город оказывался совсем иным: узкие улочки, почерневшие от времени дома, тесная площадь, всё говорило о его древности и скромном быте.

Армия Наполеона отступала с такой поспешностью, что авангард союзников едва успевал за ней. Дороги через Готу, Эйзенах и Вах, по которым отходил неприятель, ясно свидетельствовали: это было не отступление, а настоящее бегство. Конница, пехота и артиллерия смешались в одну беспорядочную, деморализованную массу. Французские солдаты перестали слушаться офицеров, а офицеры генералов. Горстка наших казаков могла без труда захватить в плен сотни ошеломленных неприятелей. Для видевших отступление французов из России эта картина была ужасающе знакомой — та же дорога отчаяния, что вела от Москвы до Березины.

Григорий Табанец вспоминал: «Дороги, по которым мы шли, были забиты брошенными повозками и телами павших лошадей. В воздухе стоял тяжелый смрад — смесь пороха, грязи и смерти. Мы видели, как солдаты в синих мундирах падали от изнеможения прямо на обочины, а местные жители, хмурые и испуганные, с ненавистью смотрели на беглецов, не желая пускать их в свои дома. Леса на многие версты вокруг кишели отставшими, которые были больше похожи на тени — голодные, больные, потерявшие последнюю надежду. Французы бросали все: ядра зарывали в землю, тяжелые зарядные фуры сталкивали в реки, лишь бы облегчить свое бегство».

Эта страшная картина навсегда врезалась в память нашего черноморца.

«И ради чего все эти смерти? Ради твоей славы? — мысленно обращался он к Наполеону, глядя на результаты его честолюбивых замыслов. — Неужели это стоило тысяч жизней таких же, как ты, солдат?»

Финал на Майне. Ганау, Франкфурт, Гохгейм

Уже 19 октября корпус Платова, оправившись от увиденного, вновь перешел в наступление. Казаки атаковали неприятельский арьергард у Зальмюнстера, а затем, соединившись с отрядом генерал-адъютанта графа Орлова-Денисова, нанесли сокрушительное поражение французам у Гельнхаузена. В результате было взято в плен 20 офицеров и 2600 рядовых. Лишь немногим остаткам арьергарда удалось спастись бегством в леса.

20 октября платовцы преследовали отступающих французов от Ганау к Франкфурту-на-Майне.

На следующий день, 21 октября, авангард союзных войск под совместным командованием генерала Болкмана и графа Платова приблизился к Франкфурту. Едва передовые отряды достигли Ганауских ворот, как разведка донесла, неприятель еще удерживает позиции у Майнских ворот. Однако после короткой, но решительной стычки французы оставили город, и уже к девяти часам утра союзники установили над ним полный контроль.

Граф Фрезнель, генерал австрийской армии, вошел в город в два часа пополудни, после чего неутомимый Платов, не теряя ни часа, двинулся дальше преследовать отступающего врага по майнцской дороге.

Французы в панике отступали к реке Ниде. Переправившись у местечка Гегст, они уничтожили за собой мост, пытаясь задержать погоню. Но эта уловка не остановила платовцев: в тот же день казаки восстановили переправу и с новой силой продолжили преследование неприятеля до местечка Гохгейм (Хохгайм-на-Майне).

«Отступая из Гегста, французские части беспорядочно двигались по главной дороге к Гохгейму. Казаки Платова настигали их, учиняя большое поражение», — так в донесениях характеризовали этот стремительный и беспощадный натиск.

22 октября боевые действия развернулись между Гохгеймом и селением Викерт. Казачьи сотни весь день теснили противника, и к вечеру французы были окончательно выбиты из Викерта в местечко Гохгейм.

23 октября Наполеон с остатками армии переправился через Рейн и расположился лагерем под крепостью Майнц, оставив на правом берегу гарнизоны в крепостях Кассель, Монтебелло и Гохгейм.

28 октября, согласно диспозиции генерал-фельдмаршала князя Шварценберга, союзные войска атаковали Гохгейм на Майне — ключевой пункт в системе обороны Касселя. После интенсивной артиллерийской подготовки два редута были стремительно взяты штурмом. Французы потеряли 2 орудия и весь гарнизон, оборонявший укрепления. Оставив позиции, неприятель отступил в Кассель. Трофеями победителей стали 1 штандарт, 4 пушки, многочисленные повозки с боеприпасами и более 700 пленных. Вслед за этим союзные войска заняли господствующие высоты перед Касселем.

 

Итоги кампании и вечная память

Переправа французов через Рейн и закрепление их на левом берегу ознаменовали завершение кампании 1813 года.

Перенесемся опять в Храм Христа Спасителя в Москве.

На 47-й мемориальной доске этого бессмертного пантеона воинской славы золотыми буквами вписано описание партизанских действий, увековечившее мастерство и отвагу черноморских казаков в их дерзких рейдах.

ПАРТИЗАНСКИЕ ДЕЙСТВИЯ ПРИ ВЕЙМАРЕ, ЭРФУРТЕ, ГОТЕ И ГАНАУ С 2(14) ПО 19 ОКТЯБРЯ (2 НОБРЯ) 1813 ГОДА

КОМАНДОВАВШИЕ ВОЙСКАМИ: Генерал от Кавалерии Атаман Граф Платов, Генерал-Адъютанты: Граф Орлов-Денисов и Чернышев, Генерал-Майоры: Иловайский 12-й, Кайсаров и Полковник Храповицкий.

УЧАСТВОВАВШИЕ ВОЙСКА: Казачьи полки: Атаманский, Грекова 1-го, Грекова 8-го, Иловайского 12-го, Костина, Тептярский и Черноморский; партизанские отряды: Кайсарова, Графа Орлова-Денисова, Чернышева и конная казачья батарея.

Продолжение следует…

Открыть архив файлов