Кем был Григорий Крыжановский — человек, положивший начало одной из самых заметных казачьих династий станицы Полтавской? Архивный поиск приводит к неожиданным родственным связям и помогает понять, как эта фамилия укоренилась в Полтавском курене.
Краевед Елена Сабур продолжает исследование истории Крыжановских — одной из заметных казачьих фамилий станицы Полтавской. На этот раз в центре ее архивного поиска Григорий Федорович Крыжановский — офицер Черноморского войска и родоначальник той ветви семьи, потомки которой еще не раз появятся на страницах истории станицы. Но чтобы понять, как он стал своим в Полтавском курене, исследователю пришлось распутать еще одну семейную загадку.
Основатель «золотой» ветви
Если Иван и Петр Крижановские мелькнули в истории Полтавского куреня, как тени, оставив больше вопросов, чем ответов (прочитать можно здесь), то Григорий Федорович — фигура совсем иного масштаба. Это уже не загадочный беглец и не офицер, растворившийся в неизвестности. Это человек, чьи следы в документах становятся все толще, чьи потомки прославят фамилию на десятилетия вперед.
Именно он основатель той ветви Крижановских, которую мы смело можем назвать «золотой». Именно его сыновья и внуки станут гордостью станицы Полтавской. Но чтобы понять, как все начиналось, нужно обратиться к документам, и здесь перед нами предстает почти детективная картина.
В ходе архивных поисков по Григорию Крижановскому обнаружились три группы источников. Каждая из них словно отдельный слой информации, который, накладываясь на другие, постепенно проясняет облик этого человека.
Первая группа — документы военного ведомства. Формулярные и именные списки, в которых фиксировалась служба офицеров. Именно они дают самые точные сведения о чинах, наградах и перемещениях.
1810 год. Краткие именные списки генералов, офицеров и чиновников Черноморского войска: «2-го конного полка Григорий Крижановский, в службу вступил 6 августа 1794 года козаком, сотенный есаул с 10 сентября 1804 года, из дворян».
Тот же 1810 год. Формулярные списки о службе и достоинстве генерал-майора Бурсака и штаб-офицеров Черноморского войска: «Григорий Федоров Крижановский, 36 лет, из дворян, в службу в войско Черноморское вступил 6 августа 1794 года козаком, 10 сентября 1804 года — сотенный есаул. В походах не был, а на пограничном карауле находился. Российской грамоты читать и писать знает, холост, в штрафах и под судом не бывал».
1820 год. Посемейные списки офицеров Черноморского войска:
1827 год. Формулярный список Григория Фёдорова Крижановского:
«Из звания козачьего, 50 лет. Было ли у него с родителей его или с родителей жены родовое недвижимое имение — не было. Благоприобретенное — имеет деревянный дом в курене Полтавском. Российской грамоты читать и писать знает, женат, детей имеет
Далее следуют краткие описания событий, в которых участвовал Григорий. Но за сухими датами формуляра скрываются подлинные драмы, разыгрывавшиеся на границе. Чтобы оживить эти строки, я обратилась к фундаментальному труду Федора Щербины «История Кубанского казачьего войска», в нем подробно воссоздана жизнь Черномории тех лет. Ниже каждая запись из формуляра (она выделена прописными буквами) сопровождается рассказом о том, что на самом деле стояло за этими событиями.
28-30 мая 1802 года:
«Начало 1802 года было спокойным, но в марте казаки попали в ловушку. По Кубани направлялся байдак с порохом и свинцом — 200 пудов того и другого. Судно сопровождал небольшой отряд: артиллерийский офицер, прапорщик, 4 канонира и 21 казак. Горцы, числом до 300 человек, засели в камышах по обоим берегам. Когда байдак появился, они заставили его пристать к противоположному берегу и ворвались на судно. Офицер, прапорщик, 2 канонира и 9 казаков были убиты, остальные ранены или взяты в плен.
В ответ была организована карательная экспедиция. 29 мая атаман Бурсак с отрядом из 336 офицеров и более 6 тысяч казаков переправился через Кубань. Утром 30 мая у аулов князя Буджука завязалось упорное сражение. Казаки разгромили черкесов, захватив 532 пленных, самого князя и его семью. Было найдено 30 пудов пороха и 40 пудов свинца, часть того, что было утеряно на байдаке».
«Натухайцы не унимались. 17 октября черкесы захватили в плен 8 казаков из конного разъезда. Наказать горцев поручили Бурсаку. 30 ноября отряд из 8 конных и 5 пеших полков при 6 орудиях переправился через Кубань. 4 декабря с четырех сторон началось наступление. Сражения шли весь день. Шапсуги потеряли более 250 человек убитыми, русские войска разорили все аулы на пути. 14 декабря, когда реки сковало морозом, Бурсак снова двинулся против шапсугов. В ночном переходе, под снегом и бурей, отряд потерял дорогу, но на рассвете атаковал. Черкесы бежали, оставив более 500 убитых. В обе экспедиции было уничтожено более 2000 дворов».
«Январь 1811 года начался новой экспедицией русских войск за Кубань. Два отряда, один казачий под командой Бурсака и другой смешанный, из егерей и казаков под начальством полковника Рудзевича, были направлены в земли шапсугов и натухайцев. Сначала оба отряда действовали раздельно. Бурсак с казаками 12 января двинулся в горы; того же числа Рудзевич известил его, что уже перешел реку Адагум и находится в землях шапсугов. На следующий день отряд Бурсака столкнулся с горцами, казаки захватили до 100 голов скота, а 14 января оба отряда соединились у реки Шипс.
На этот раз серьезного сражения не вышло, черкесы сразу приняли покорный вид, и лишь казаки из отряда Бурсака имели несколько стычек. Особенно отличился полк войскового полковника Лысенко, разбивший шапсугов и сжегший несколько аулов. Шапсуги запросили мира. Рудзевич потребовал возврата пленных и орудия, взятого у Ольгинского поста, а также выдачи аманатов. Черкесы тянули с ответом, и только шапсуги из аулов по реке Антхыр дали четырех аманатов.
Переговоры ни к чему не привели. Простояв три дня у Шипса, отряды двинулись обратно в Черноморию. Пока они шли по землям аулов, выдавших аманатов, горцы их не трогали. Но стоило войскам переправиться через Антхыр и вступить на земли враждебных шапсугов, как те начали нападать. Казаки и егеря сожгли и разорили несколько аулов, с обеих сторон были убитые и раненые».
«С начала 1823 года черкесы вновь начали тревожить Черноморию. В январе две казачьих команды попали в засаду, двое были взяты в плен. В марте атаман Власов отправился за Кубань. 4 марта отряд разорил несколько аулов, захватив 141 пленного и много скота».
Таковы военные страницы биографии Григория, без излишнего героизма, но с честным перечнем того, что выпало на его долю.
Вторая группа — именные списки по куреням. Это перепись мужского населения куреня с разбивкой по отношению их к службе. Они позволяют проследить, как менялось положение Григория с годами.
Третья группа — исповедные росписи по куреню Полтавскому. Это церковные документы, в которых перечислялись члены каждой семьи. Они дают бесценную информацию о составе семьи, возрасте, родственных связях.
1810 год: «Сотенный есаул Григорий Федоров сын Крижан, 31 год, его жена Параскева Григорьевна, 25 лет, и сын Яков, 3 года. Работник их: Никита Помишапка».
1811 год: «Сотенный есаул Григорий Федоров Крижановский, 32, жена его Параскева Григорьева, 26, дети их: сын Яков — 4 года, дочь Анна — 1 год. Работники их: Стефан Проценко, 55, Данил Прохода, 30, Яков Ковшун, 15».
1815 год: «Полковой хорунжий Григорий Федоров Крижановский, 36, жена его Параскева Григорьева, 30. Дети их: Яков, 8, Анна, 5, Федор, 2. Крестьянка их: Агафья, 16. Работники их: Стефан Феценко, 51, жена его Екатерина, 41, сын их Михаил, 15. Николай Завалный, 19».
1831 год: «Полковой есаул Григорий Федоров Крижановский, 57, жена его Параскева Григорьева, 45, дети их: Яков, 25, Федор, 18, Иоанн, 14, Михаил, 3, Василий, 1, дочь Ирина, 9 лет. Племянники их: Захарий Крижановский, 21; Параскева Найдина, 18».
И, наконец, еще один важный документ:
1828 год. Дело «Материалы о выборах и деятельности дворянских депутатов от Черноморского войска в Кавказском дворянском собрании». В подразделе «Список Войска Черноморского об отставных Штаб и Обер Офицерах из дворян» значится:
«Григорий Федоров Крижановский, 52 года, женат на казачьей дочери Параскеве. Имеет сыновей: Якова, 22, Федора, 15, Ивана, 10 и дочерей Анну, 10 и Ирину, 5 лет. Проживает в Екатеринодарском округе в курене Полтавском. Есаул».
Как Крыжановский стал полтавчанином
Теперь, когда все документы перед нами, попробуем разобраться в главном, кто же такой Григорий Крижановский и откуда он пришел в Полтавский курень.
Начнем с возраста. Должна сказать, что с указанием возраста в документах той эпохи царила полная катастрофа. Писали «на глаз», со слов самого человека или переписывали из предыдущих бумаг, не сверяясь. Поэтому точно определить год рождения Григория не удалось, можно лишь примерно предположить 1776 год.
И вот что интересно. Сравним формулярный список 1810 года, где ему 36 лет, и он холост, и исповедную роспись за тот же год, где ему 31 год и у него уже есть жена и сын. Разница в пять лет и в семейном статусе налицо! Ошибка или сознательное искажение? Думаю, первое. В те времена подобные расхождения встречались сплошь и рядом. Одно ясно, слепо верить даже архивным документам нельзя.
Обратим внимание на важную деталь, Григорий Федоров, как и Иван Никитин Крижановский, поступил в войско в 1794 году. Передо мной встает образ двух молодых людей из обедневшего дворянства, скорее всего двоюродных братьев, которым было лет по семнадцать-восемнадцать. Они, вероятно, решили сбежать из дома и попытать счастья в Черноморском войске. Тогда это был самый надежный способ подняться, сделать карьеру и получить землю.
Где они жили до появления в Полтавском курене, установить не удалось. Иван впервые появляется в Именных списках в 1808 году, Григорий — в Исповедной росписи в 1810-м. Но у Григория к тому времени уже есть жена и трехлетний сын. Если предположить, что его жена была родом из Полтавского куреня (а это очень вероятно), то брак должен был состояться примерно в начале 1807 года. Значит, и Григорий, и вслед за ним Иван приписались к куреню Полтавскому примерно в 1806 году.
Григорий, человек, по-видимому, честолюбивый, сделал неплохую военную карьеру. В отличие от многих молодых офицеров, за спиной которых стояли влиятельные отцы-офицеры, он пробивался сам. Но у него было другое преимущество — поддержка семьи жены, той самой Параскевы, которая, скорее всего, была коренной полтавчанкой. Именно этот «тыл» и помог ему укорениться в курене и стать основателем династии.
Загадка Параскевы
Итак, жена Григория Параскева. Кто она? Откуда родом?
Первая подсказка появилась в Посемейном списке 1820 года: «женат на козачьейдочери Параскеве». На первый взгляд, ничего особенного. Но если присмотреться к другим офицерским семьям того времени, становится ясно: большинство сослуживцев Григория были женаты на дочерях штаб-офицеров, обер-офицеров или священников. А Параскева была из семьи простого казака. Возможно, именно поэтому Григорий впоследствии настаивал, чтобы его сыновья женились на офицерских дочерях, он знал, как важны связи и статус.
Вторая подсказка ждала меня в Исповедной росписи 1831 года. В семье Григория проживали племянники: Захарий Крижановский, 21 год, и Параскева Найдина (Найда), 18 лет.
Кто такой Захарий Крижановский мы узнаем чуть позже. А вот Параскева Найда заинтересовала меня сразу. Она не имела прямого отношения к Григорию, скорее всего, это была племянница со стороны его жены Параскевы Григорьевны. И я принялась заново пересматривать все документы, которые были в моем распоряжении.
Тогда-то и началось самое интересное.
В Исповедной росписи 1810 года обнаружилась любопытная картина. Обычно росписи составлялись строго: сначала священнослужители, потом офицеры, затем казаки. Но в этом документе офицеры были разбросаны среди простых казаков, как будто составитель не придавал значения иерархии. И это сыграло мне на руку.
На странице 89 значились:
Я уже рассказывала про роды Попка и Сур. Это были уважаемые семьи в Полтавском курене, хотя и не офицерские. Они входили в куренное управление, их подписи часто мелькали в документах того времени, то при утверждении именных списков, то в просьбах прислать священника, то при разрешении на постройку церкви. И они были не бедными: Григорий Сур, например, нанимал на службу вместо себя других казаков в те времена, когда это еще разрешалось.
Обратим внимание на жен: у Максима Найды — Матрона, у Григория Параскева. Обе Григорьевны. Скорее всего, они были родными сестрами. Только в этом случае Параскева Найда, рожденная примерно в 1813 году, могла быть записана племянницей в семье Григория. Но как найти девичью фамилию этих двух сестер?
Две сестры и одна фамилия
В поисках разгадки я обратилась к Исповедной росписи церквей Верного войска Черноморского за 1796 год по куреню Полтавскому. Почему именно по нему? Да потому что род Максима Найды, согласно первой переписи, велся из Кисляковского куреня. А Крижановские в ту перепись не попали вовсе, так как были зачислены на службу в августе 1794 года, тогда как перепись составлялась в начале года, и, скорее всего, после зачисления жили в те годы в другом курене.
Что же привело их в Полтавский курень? Скорее всего, только одно — женитьба на местных девушках.
В росписи за 1796 год нашлась лишь одна семья, в которой были дочери Параскева и Матрона при отце Григории:
«Григорий Кондратов Сур, 50 лет, жена его Евдокия Андреева, 32 года, дети их: Параскева, 10 лет, и Матрона, 4 года».
Казалось бы, все просто: вот они, те самые Параскева и Матрона. Но не тут-то было. В Исповедной росписи за 1810 год та же семья Сура записана уже иначе: «Григорий Леонтьев Сур, 48 лет, жена его Пелагея Кирилловна, 39 лет». Отчество изменилось с Кондратова на Леонтьева. И жена другая: вместо Евдокии — Пелагея.
Чтобы разобраться с семьей Сура, мне пришлось заглянуть в ревизские сказки 1812 и 1816 годов — это более точные переписи населения. В них, к сожалению, не были записаны ни семья Крижановских, ни Найда, что является косвенным подтверждением того, что эти семьи на момент предыдущей ревизской сказки 1796 года в курене Полтавском не проживали. Зато обнаружилась любопытная история с родом Сура.
В Ревизской сказке 1812 года семья Сура выглядит так:
«Григорий Леонтьевич Сур, 66 лет, его жена Евдокия Андреева, умерла в 1802 году. Дети: сын Иван, 14 лет» (дочери Сура — Параскева и Матрона уже были замужем и указывались в семье мужа).
Ниже записана семья Назара Яковлева Остроуха, умершего в 1803 году. У него остались жена Пелагея Кириллова и сын Семён.
А в следующей ревизской сказке 1816 года из двух семей получилась одна:
«Григорий Леонтьевич Сур, его второбрачная жена Пелагея, его сын от первой жены Иван и пасынок Семён Остроух».
Родство, подтвержденное архивом
Вот оно! Теперь все прояснилось. Григорий Леонтьевич Сур овдовел и женился во второй раз на Пелагее Кирилловне, которая привела в дом сына от первого брака Семёна.
Итак, сестры Параскева и Матрона, жены Григория Крыжановского и Максима Найды, были родными дочерьми Григория Леонтьевича Сура и его первой жены Евдокии Андреевны. Их возраст в 1796 году — 10 и 4 года, что соответствует 1786 и 1792 годам рождения. В 1810 году им 25 и 19 лет, что соответствует 1785 и 1791 годам рождения. Почти, идеальное совпадение. И даже разница в шесть лет между сестрами сохранилась.
А отчество «Кондратьев» в записи 1796 года — это, скорее всего, ошибка переписчика или писаря. В те времена подобные опечатки встречались постоянно. Важно, что во всех остальных документах Григорий Сур значится именно как Леонтьевич.
Таким образом, с высокой долей уверенности можно предположить, что девичья фамилия Параскевы, жены Григория Крыжановского, Сур. А ее младшим родным братом был Иван Григорьевич Сур, тот самый, что впоследствии дослужится до чина сотника.
И последний штрих. В метрической книге по куреню Полтавскому за 1837 год нашлось еще одно подтверждение. Запись гласит: «Двадцать второго числа марта куреня Полтавского служащего козака Андрея Максимова Найды и законной жены его Харитины Николаевны родился сын Яков». Восприемниками были: «служащий сотник Федор Григорьев Крыжановский и Тимашевской Троицкой церкви стихарного дьячка Митрофана Кондратьева Дьяченко жена Матрона Павловна».
Если Параскева и Матрона родные сестры, то Андрей Максимов Найда и Федор Григорьевич Крыжановский приходятся друг другу двоюродными братьями. А поскольку в восприемники (крестные) обычно приглашали ближайших родственников, эта запись окончательно скрепляет родственные узы между семьями Найда и Крыжановских.
Вот такой получился детектив — с ошибками в отчествах, вторыми браками, разрозненными бумагами и поисками через три поколения.
Теперь, когда мы знаем, кем была Параскева по рождению, становится яснее, как Григорий укоренился в Полтавском курене. Его жена оказалась не просто «козачьей дочерью», а наследницей уважаемого рода Сура, который был хорошо известен в этих местах. Именно эта родственная связь, этот прочный тыл и помогли Григорию стать своим в Полтавском курене и заложить ту самую династию, о которой речь впереди.
Архивные источники:
Продолжение следует…
Открыть архив файлов
Подпишитесь на рассылку
21 год, жена его Мария 21 год.
40 лет, жена его Марфа 37 лет, дети их: Иван…
45 лет, жена его Варвара 47 лет, дети их: Филипп…
есаул – 1874 г.
сотник – 1835 г.
хорунжий – с 2004 по 2017 гг.
1906 г.р., проживала по ул. Урицкого.
1901 г.р., проживала по ул. Л.Толстого.
1907 г.р., проживала по ул. М.Горького, 158.
место рождения: Донского Войска обл., Екатерининская станица (современное название Краснодонецкая,…
место рождения: Донского Войска обл., Екатерининская станица (современное название Краснодонецкая,…
место рождения: Донского Войска обл., Екатерининская станица (современное название Краснодонецкая,…
